Цель статьи — рассмотреть возможные варианты развития событий на территории Центральной Евразии в XV–XVIII вв., касающиеся взаимоотношений наследников Золотой Орды (Улуса Джучи) и Московской Руси, которые не были реализованы, и их интерпретацию (включая ее причины) в современной историографии. Рассуждения автора базируются преимущественно на материалах дипломатической переписки между правителями указанных государств и анализе исследовательской литературы по проблематике. Автор приходит к выводу, что строгой предопределенности в реализации той версии событий, которая имела место, не было. В отношении же оформления исторического нарратива этих реализованных событий автор, напротив, прослеживает некую печальную предопределенность, вызванную, по его мнению, имперской сутью государства — «спонсора» историописания данных событий. По мнению автора, одним из важнейших двигателей развития исторических событий в том или ином направлении являются личные амбиции отдельных людей, но отнюдь не разноплановые «объективные» факторы — вроде развития производительных сил общества. Акцентируется внимание на необходимости изучения психологических моментов, влияющих на то или иное историческое событие, на включении психологии в пространство исторических исследований
В статье на основе предложенных редакцией журнала «Новое прошлое /The New Past» вопросов для дискуссии рассматриваются основные тенденции изучения взаимоотношений Московской Руси и пост-ордынских государств в раннее Новое время. Отталкиваясь от достижений современной отечественной историографии (работ А. Л. Хорошкевич, В. В. Трепавлова, И. В. Зайцева, А. В. Белякова и других), автор рассматривает проблему т. н. политического наследия Золотой Орды, предлагая отделять реальное политическое наследство, выразившееся в подчинении бывших ордынских улусов, от наследия идеологического, которое никогда не существовало в виде оформленной внешнеполитической концепции. Отмечая актуализацию золотоордынского нарратива в общественном сознании после 1991 г. и появление новых, позитивных по сравнению с прошлым, коннотаций в его оценке, автор подчеркивает, что в то же время этот нарратив не особенно сочетается с политикой исторической памяти современного российского государства, которая концентрируется на военных победах и триумфах прошлого.
Политика России на постордынском пространстве являлась продолжением тех отношений, которые сложились у славян со степняками еще в домонгольский период. Новым стало то, что русские не ограничились отражением нападений противника, но, собрав достаточно сил, начали наступление и вели войну до полной победы и включения вражеской территории в состав своего государства. Это диктовалось необходимостью предотвратить возможность восстановления Золотой Орды и возобновления агрессии. Потребности обеспечения безопасности страны имели приоритет, обстоятельства же экономического характера существенной роли не играли. Россия не являлась наследницей Золотой Орды, но участвовала в борьбе за доминирование на востоке Европы. Это была борьба за существование независимого Российского государства и отвечала интересам всего русского общества. К середине XIX в. все бывшие улусы Золотой Орды оказались под властью России. Присвоение Иваном IV царского титула было статусным явлением, не связанным с восточной политикой страны. Завоевание Казани и Астрахани повысило авторитет русского правительства, многие представители татарской элиты поступили на службу. Появление новых подданных и служилых людей из нерусского населения усиливало Россию. Ликвидация всех постордынских государств и поглощение их Россией стало закономерным следствием протекавших в XVI–XVIII вв. на востоке Европы политических процессов
Публикуемые документы из фондов Российского государственного исторического архива (РГИА) представляют интерес для изучения истории молдавской печати в Бессарабии и молдавского национального движения в середине XIX в. Также они показывают отношение местных и имперских властей к попыткам организации в Бессарабии издания на румынском/молдавском языке. Бессарабский военный губернатор М. Л. Фантон-де-Веррайон поддержал идею группы бессарабских бояр во главе с И. Дабижей и намеривался использовать такое издание в интересах российского правительства, как своеобразный инструмент «мягкой силы», видя в периодическом издании способ влияния на умы в соседних княжествах, так и в самой Бессарабии. Однако, чиновники в Одессе и Петербурге не разделяли энтузиазма бессарабского губернатора и проект издания русско-молдавского журнала был отклонен
Статья посвящена железнодорожному строительству и его влиянию на российский Дальний Восток в конце XIX–начале XX в. Цель работы — попытаться выявить различные трансформации, произошедшие в жизни дальневосточной окраины после строительства и введения в эксплуатацию Транссибирской магистрали и КВЖД. В работе отмечается, что железнодорожная линия от центра страны до ее окраины содействовала интеграции российского Дальнего Востока в общеимперское пространство и давала первым дальневосточным жителям возможность ощутить большую связь с европейской частью страны. Подчеркивается мысль, что железная дорога не только способствовала более интенсивному процессу заселения российского приграничья и территорий Маньчжурии, но и структурировала отдаленные, слаборазвитые в экономическом плане регионы. Со строительством железной дороги российский Дальний Восток фактически впервые стал осознаваться в качестве отдельного, самостоятельного региона империи. Отмечается особая роль Транссиба и КВЖД в активизации межнациональных связей на Дальнем Востоке, что привело к формированию на российской окраине совершенно особой трансграничной социокультурной среды, где переселенцам из европейской части России пришлось жить, работать и постоянно взаимодействовать с выходцами из близлежащих государств Азии
Статья посвящена реконструкции нормативного порядка повседневной жизни малороссийских обывателей, купечества и мещан города Чернигова в начале XIX в. В результате анализа показано действие реконфигурации социальных отношений в городе вследствие вторжения в традиционный мир Старого порядка имперских институтов Нового времени: полиции и медицины. Показаны конфликты, в которые были вовлечены жители Чернигова и которые влияли на их видение событий и формировали их субъективности, определявшие способность к действию в критический момент. В фокусе внимания период, предшествующий выделению внутри общества Старого порядка новой публичной сферы, определяемой в концепции Ю. Хабермаса как важный маркер перехода к Новому времени. Мы рассматриваем уровень норм, правил и культурных практик социальных акторов, сталкивающихся с вызовами новой рациональности, производимой Просвещением, обретающих большее пространство свободы в частной жизни, но переживающих напряжение инерции старых нормативных систем
В статье анализируется одна из сложнейших проблем исторической эпистемологии — проблема каузальности. На основе изучения историографии двух ключевых тем (истории Гражданской войны в США и Первой мировой войны) и работ философско-методологического характера выявляются трудности, с которыми сталкиваются историки при попытке установить причины важнейших событий. Выявляется дискурсивная природа понятия «событие». Высказывается гипотеза о влиянии обыденной логики и опыта повседневной жизни на понятие исторической причинности. Ставится вопрос о пределах каузального анализа в историческом познании, и обсуждаются иные, альтернативные формы исторического объяснения
Статья посвящена образам советского прошлого в мемориальной культуре Азербайджана. Предметом изучения выступают памятники: советским союзным и республиканским руководителям, от В. И. Ленина до И. В. Сталина и от Н. Н. Нариманова до Г. А. Алиева, с которыми связаны основные события истории Азербайджана в 1920–1991 гг.; Бакинской коммуне как первому опыту установления советской власти, занимавшему одно из ведущих мест в мемориальной культуре советского Азербайджана; жертвам политических репрессий; событиям и участникам Великой Отечественной войны. Автор отмечает динамику отношения к советскому мемориальному наследию в Азербайджане в 1990–2000-х гг. от демонтажа к инструментализации. Негативное отношение к советскому прошлому выражалось в разрушении большинства памятников советским вождям, Бакинской коммуне и других мемориальных объектов. Однако часть советских памятников сохранилась, в том числе посвященных участникам Великой Отечественной войны. Широкомасштабная мемориализация жизни и деятельности Г. А. Алиева способствует положительной оценке последних советских десятилетий. Значительное влияние на мемориальную политику республики оказали и будут в дальнейшем оказывать армяно-азербайджанские противоречия и их последствия
Перестройка стала временем значительных трансформаций во многих сферах жизни советского государства. Сложившиеся структуры системы управления претерпевали изменения, предопределившие сдвиги социально-экономической конъюнктуры. Это находило отражение в новой идеологической риторике и практиках потребления. Все эти контексты нашли свое воплощение в сфере распространения видео на территории страны. Государственные институты изменили подход к новой технологии, которая из «подпольной» должна была превратиться в массовую. Освоение видео вызывало целый ряд вопросов о том, какие способы реализации программы массового вовлечения граждан в феномен видео считать легальными, а какие — нет. Статья посвящена постановке проблемы в рамках институционального аспекта развития видео. Основная часть исследования представляет собой обзор акторов, вовлеченных в этот процесс. В работе дифференцируются способы снабжения и распределения организаций «старого» и «нового» типа, проводится граница между государственными и частными инициативами, а также анализируются типы взаимодействия различных по своему характеру социально-экономических агентов. Особое место в тексте отведено вводной проблематизации вопроса о видеопиратстве, которое являлось следствием конфликтов и противоречий между ведомствами, а также вновь образовывавшихся лакун в деле освоения видеотехнологии
ПРЕДПОСЫЛКИ ФРАНКОРУССКОГО СБЛИЖЕНИЯ КОНЦА XIX В.: ФИНАНСОВО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ АСПЕКТ
В статье рассматриваются основные этапы становления и использования концепта идеологии в гуманитарном знании и общественно-политических практиках. Автор прослеживает развитие понятия идеология в качестве теории и практики, начиная с первого упоминания у Дестюта де Траси, затем в текстах мыслителей эпохи Просвещения, авторов XIX в. и теоретиков марксизма XX в. Автор показывает, что интерес западного Просвещения к идеологии был связан с либеральной философией, основанной на поддержке свободы личности, частной собственности, рынка и ограниченной государственной власти. Особое внимание уделяется роли глубоких социальных конфликтов в возникновении идеологий, а также языку как фактору формирования идеологем. Наконец, автор останавливается на иллюзиях конца холодной войны об исчезновении идеологий, рассматривая эти представления как новую идеологию. Автор приходит к выводу, что забвение идеологии и отказ от ее изучения делает невозможным формирование целостной исследовательской практики в области гуманитарных наук, основанной на изучении общеразделяемого сознания
В статье рассматривается роль и значение неформальных отношений и связей в системе управления южной окраиной Российской империи в 1845–1881 гг. Основное внимание уделяется неформальным структурам, которые возникали вокруг кавказских наместников в этот период. Уже первый кавказский наместник М. С. Воронцов создал патронажную сеть, которая состояла из военных, чиновников гражданской администрации, а также представителей региональных элит. Важное место в системе управления регионом занимал Кавказский комитет и управляющий его делами В. П. Бутков. Этот талантливый чиновник выступал на стороне наместников (М. С. Воронцова и А. И. Барятинского) в противостоянии с министрами. Значение Кавказского комитета значительно снизилось в наместничество великого князя Михаила Николаевича. В этот период административное значение в регионе получает придворная контора великого князя, а адъютанты великого князя делают быструю карьеру благодаря высокому неформальному покровительству. В основе статьи разнообразные исторические свидетельства: официальная и неофициальная переписка кавказских наместников и их ближайших сотрудников, делопроизводственная документация Кавказского комитета, комплекс документов придворной конторы великого князя Михаила Николаевича, мемуарная литература, которая используется как вспомогательный источник, что объясняется ее очевидной субъективностью